Перебеги меня. Современная проза - Александр Цыганов

наблюдал. – А когда его "самураи" перед тобой чуть ли не кланяются – это тоже вежливость? Какой мальчик, кстати?

Дашка вздёрнула нос:

– Не важно, какой мальчик. Ты его не знаешь. Думаешь, что знаешь, но на самом деле не знаешь!

– Ладно! – прервал дед наши пререкания. – Потом обсудите, а сегодня у нас дело большое.

Мы с интересом к нему обернулись в ожидании продолжения.

– За лозой пойдём. Все втроём. – его взгляд остановился на Дашке и на мне, – Для корзин и "морд".

– Каких "морд"? – я удивлённо выпучил глаза, а дед улыбнулся:

– Для рыбалки "морд". Называется так это устройство – "морда". На затоне поставим, рыбки засушим к зиме…

***

Собирались мы основательно. Дед принёс сверху две шашки – отцовскую и ещё какую-то, долго сидел с ними за столом, одев очки и вглядываясь в острие – я никогда не видел его раньше в очках – изредка "чиркал" по лезвию мелким точильным камнем, удовлетворённо кивал. Мы же втроём собирали снедь и укладку для лозы – бечёвки, мешки, щемилки[1].

Во время процесса подготовки неожиданно "в гости" пришёл Егоша – родители отпустили его на кордон, хотя, я думаю, что это он нам соврал.

– Ладно, – сказал дед, – С нами пойдёшь, а вечером отвезу.

– Да погоди ты! – заворчала бабуля, – Дай покормить мальца.

Что-то булькая себе под нос, дед с шашками ушёл на двор, а нас троих бабушка усадила за стол, поставив перед фактом пирогов и молока.

Егоша ел и одновременно делился школьными новостями. "Банда" Княземского подралась со старшеклассниками. Ничья. В школу пришёл новый учитель по русскому, мужчина. В начале октября будет конкурс "Красавица – осень"… Самой неприятной новостью оказалось то, что на следующей неделе во вторник – контрольная работа по математике во всей средней школе, но нам с Дашей, конечно же, разрешат сделать её в четверг.

Мы с Дашей переглянулись.

Заметив это, Егоша чуть не поперхнулся:

– Что?

– А то! – назидательно Даша подняла вверх указательный палец, – Догадайся, что легче – решать задачи вместе со всеми или вдвоём в целом одном кабинете?

– Вместе со всеми, конечно. – Егоша пожал плечами, – А-а-а-а! – протянул он понимающе.

– Я не смогу. – я доел пирог и потянулся за молоком, – У меня покос, дед сказал. – Даша отмахнулась:

– Да ты и сам решишь, ты умный. А вот я…

Доели молча.

– Хлопцы! – крикнул с порога дед.

Мы пошли за лозой.

В лесу Егоша был не первый раз, поэтому особого удивления ничему не выказывал, но, в отличие от меня и Даши, был намного наблюдательнее:

– Как вы это делаете? – спросил он меня, – Вы с дедом Сашей, а?

– Что именно делаем? – хмыкнул я, – То же самое, что и все. Идём.

– Неет, – Егоша покачал головой, – Вот Даша идёт, у неё под ногами ветки хрустят. Я стараюсь обходить, но тоже хрустят…а у вас с дедом Сашей – не хрустят. Как делаете?

А.. – я понял, о чём он говорит, – Почему шума мало при ходьбе? Да это просто. Не с пятки на носок наступать, а наоборот. Ну и "смотри, куда прёшь".

Через пару минут, заметив, как Егоша старательно, высунув язык, пытается ходить "с носка на пятку" я развеселился, вместе с тем подумав, что раз уж он знает всё обо всём, то наверняка в курсе, какой это там мальчик нравится Даше…

***

Когда мы пришли на место, то первым делом сняли с Аннушки всё, что принесли. Затем перекусили вторым завтраком, во время которого дед провёл инструктаж:

– Иву рубим мы с Сашкой. Остальные – сортируют за нами. Ближе двух метров к нам не подходить. Ровные ветки вот такой толщины, дед показал, кладёте в одну кучку, остальные – в другую. Толще вашего большого пальца – в третью. Ясно?

Все закивали.

– Ладно, – дед встал, – Саш, вон твоя полоса. Где потоньше бери. Ну, не с волос конечно…

– Хорошо, – я повернулся, – Дашь, ты идёшь за мной.

Шагнув вперёд, я вытянул отцовскую шашку и, как учил дед, "прошуршал" ей по ивняку – почти у самого корня, отступил, пока срезанные прутки падали, шагнул вперёд, "прошуршал" в другую сторону, отступил…

В отличие от косьбы, рубка ивняка шашкой идёт как справа -налево, так и слева – направо. Только нужно делать небольшой отступ назад, представив себя волной, набегающей на берег и отступающей от него. И наклон, чтобы рука немного "тонула" в повороте запястья. Остальное шашка сделает сама. Тем более, с дедовской "под лозу" заточкой.

Нарубив кучу ивы, мы пообедали, отдохнули, полчаса полежав и посидев в тенёчке, после чего дед лично "проинспектировал" отобранные "сортировщиками" прутья, остался доволен и показал, как правильно и быстро отделить от них щемилкой кору.

Сам он занялся второй горкой ивы, где половину прутков еще и расщепил надвое для какого-то ещё дела.

Эта работа заняла ещё часа три или четыре.

Готовые прутья мы связали в тюки, подвесили их по бокам Аннушки, надев на переднюю часть тюков мешки – чтобы прутья не цеплялись за ветки – и направились домой. Дед сказал, что оставшуюся часть ивы он заберёт сам, а потом отвезёт Егошу.

У ворот нас приветливо встретил Жучка, при виде которого Егошка трусливо спрятался за Дашу. Эх, знал бы он… Естественно, только Дашу Жучка и ждал… поэтому, когда он увидел за спиной Даши незнакомого человека и весь подобрался, только ласковые Дашкины слова уберегли Егошку от валяния в грязных опилках.

Сгрузили лозу, которую дед велел убрать в сарай, и, пока дед ходил за второй партией, устроили для Егоши небольшую экскурсию по подворью, познакомив его со всеми  обитателями, включая кур, коров и поросят.

К вечеру дед, как и обещал, отвёз Егошу домой. Уехал он от нас сытый, отужинавший, больше похожий на небольшой чемодан.

***

Контрольную Дашка написала на "4". Через два дня с большим трудом я тоже сдал математику на "5". Егошка рассказал, что по словам "очевидцев", на самом деле всю контрольную для Дашки решил Княземский, несмотря на то, что у них были разные варианты.

– Он в математике "шарит". – пояснил Егоша.

"И не только в математике", – подумал я, – "Еще и в том, на кого глаз положить"…

Не то, чтобы я сильно заревновал, но какое-то неприятное щемящее чувство изнутри давило. Было такое ощущение, что Даша постепенно перестаёт быть "своей".

Школьная успеваемость по всем предметам, кроме технологии и физкультуры у неё, честно говоря, была "нулевая", из разряда "три пишем – "два" в уме", и меня очень злило, когда завидующие Дашиной красоте девочки злорадно радовались каждой её неудаче.